ater_lupus
Глава XIII
Лина


– Ты уверен, что это тот самый цирк? – глаза Винсента с подозрением буравили сидящего напротив мага.
– Ты же сам сказал, что это те самые афиши, что были в Сирени, – пожал плечами Лео.
– Да, они похожи, но полной уверенности у меня нет.
– Это очень легко проверить, – в глазах мага промелькнули шальные искорки.
– Анри просил нас не высовываться, – возразил Винсент. – И я с ним согласен. Так для тебя будет безопасней.
– Брось, Винсент, ты сам не так давно был не самым послушным мальчиком. Более того вспомни о своем общественном долге! Ты ведь не можешь игнорировать то, что в этом мирном тихом городке поселилось чудовище и бродит в ночи по его улочкам. Могут пострадать ни в чем неповинные люди! Твой долг, как одного из представителей власти вмешаться и защитить подданных Линеи.
– Это не в моей компетенции, – отрезал дворянин. – Я казначей, а не офицер. В мои обязанности входит учет государственного имущества, а не охрана порядка на улицах города.
– Ну, ты и сухарь, Ретэ, – фыркнул Лео. – Тебе, что плевать на обычных людей.
– Кто бы говорил. Прекрасный спектакль, я оценил. Не прикрывайся великими целями, Лео. Без личных мотивов ты не стал бы выслеживать эту несчастную. И не пытайся делать вид, что не понимаешь, о чем идет речь. Я ни за что не поверю, что ты случайно предложил ехать в Поларис по этой дороге, и мы по невероятному совпадению оказались в одном городе с этим печально знакомым цирком. Ну и какова цель? Месть за поруганное достоинство? Или хочешь обставить Анри?
– Ну, не без этого, – невинно улыбнулся солец. – Да, я хочу поквитаться с этой дамочкой, наславшей на члена моей семьи своего ухажера. Это же было открытое объявление войны, как я могу закрыть на это глаза. Как паренос, я обязан отреагировать на данные действия. Более того здесь еще замешен мой обортнический инстинкт, призывающий избавиться от данного существа.
– Это плохая затея, – заметил Винсент.
– Да, прости, Винсент. Я слишком много требую от тебя, хотя абсолютно не имею права, ведь я…
– Я не отказывался, – прервал тираду мага Ретэ. – Удержать тебя я не смогу, а бросать одного не собираюсь. Так что можешь сворачивать свой призыв на баррикады, оратор.
– Я говорил искренне, – возмутился Лео, но тут же тихо добавил. – Отчасти.
– Я знаю, – улыбнулся, наконец, дворянин. – Значит, сегодня вечером идем в цирк.
– Чудесно, – воскликнул южанин. – Девяносто восемь лет не посещал подобных мероприятий.
– Да, ты удивительным образом разбавляешь мои серые будни.
На улице сгустились сумерки, когда оборотни оказались на довольно просторной, но не богатой площади: на части зданий, устилавших ее периметр, заметно потрескалась краска, а южная сторона соприкасалась с большим, полуразрушенным зданием, в котором и обосновались циркачи. Тем не менее, площадь была максимально возможно украшена. Множество светильников, самой различной формы освещавших местность, представляли ее в довольно выгодном виде. Несмотря на зимнюю стужу, площадь была заполнена толпой людей. Жители города не хотели пропускать представление, заезжих артистов. Звучала веселая мелодия, завлекающая зевак. Повсюду резвились дети под присмотром своих родителей. А также площадь наводнили торговцы, вот уж кого не испугает ни темень, ни лютый мороз.
– Каков план? – спросил мага Винсент.
– Насладиться представлением, – лукаво улыбнулся Лео.
– А если без шуток?
– Я абсолютно серьезен. Для начала не плохо бы понаблюдать за противником, выяснить, что он собой представляет, прежде чем обнаруживать себя. Удивлен, что ты сам не догадался о столь простом порядке действий.
– Я просто привык, что от тебя можно ожидать чего угодно, – проворчал дворянин. – Она же должна нас непременно заметить.
– Я предпринял соответствующие меры. Моя магия должна сбить ее с толку.
– Значит, после спектакля ждем подходящий момент для «разговора».
– Именно. А пока, расслабься, Винсент. Ты своим хмурым личиком привлекаешь слишком много внимания. Такой настрой совершенно негож для подобного мероприятия, – засмеялся Лео. – Просто не думай ни о чем лишнем.
– Легко сказать, – буркнул Ретэ. – Послушай Лео…
Дворянин вынужден был замолкнуть, обнаружив, что неугомонный солец уже растворился в неизвестном направлении.
– Ну, как всегда, – проворчал Винсент.
Вздохнув, Винсент не торопясь побрел искать шустрого южанина, внимательно вглядываясь в толпу. Но знакомой фигуры в поле зрения не наблюдалось. Однако спокойствие Ретэ сохранялось недолго. Не прошло и десяти минут, как Винсент угодил в лапы жаждущих наживы торговцев. Лавочники, почувствовавшие состоятельного клиента, буквально облепили его со всех сторон, рьяно пытаясь впихнуть бедолаге всякие безделицы. Постепенно единственным желанием Винсента стало отделаться от назойливых торгашей. С этой целью, дворянин переместился в более темную часть площади. Оборотень уже хотел было перевести дух, когда его неожиданно схватили за рукав.
– Хочешь узнать свою судьбу, милок? – раздался хриплый голос, принадлежащий пожилой женщине в яркой, но изрядно потрепанной одежде.
– Нет, – отрезал Винсент и отвернулся, снова вглядываясь в толпище людей.
– Как категорично! – усмехнулась гадалка. – Ну, мое дело предложить. Мне и так достаточно клиентов, так что нет нужды бегать за каждым встречным, как эти жадные мелкие лавочники.
– Забавно слышать это после того, как вы последовали их примеру, – заметил Ретэ.
– Обижаешь, а зря. Люди сами ко мне бегут, проходу не дают. Обыкновенные и скучные. Как практически все на этой площади. Но вы, молодой человек, выделяетесь из этой толпы. Вы другой, особенный.
– И вы, конечно, говорите это каждому встречному. Ведь все хотят быть особенными. Стандартный прием.
– Может быть и так. Не буду спорить. Но у меня редко возникает такое сильное желание заглянуть в чью-то судьбу. Пойдемте, не пожалеете. А если мне удастся вас по-настоящему удивить, заплатите мне скромное вознаграждение.
– Но зачем мне это?
– Ну, скажем, сможете спрятаться от ненасытных барыг и скоротать время, пока за вами не придут, – произнесла гадалка и потянула дворянина за собой.
Винсент оказался в маленькой комнатке, большую часть которой занимал стол, накрытый темно-зеленым полотном. Гадалка тут же уселась на противоположной стороне и сделала приглашающий жест дворянину. Нехотя Винсент последовал указанию. Небольшой светильник тускло освещал комнату.
– Ну чего застыл, – фыркнула гадалка. – Давай руку, голубчик.
– Должен заметить, что я никогда не верил в нечто подобное, – заметил Винсент, протягивая ладонь.
Женщина лишь усмехнулась.
– Отцовскую руку вижу, а вот женской нет, – заговорила она. – Материнской ласки был лишен, ее заметно не хватало. Вот и влачился бестолку за соседской девчонкой. Хотя это ничуть не мешало совершать маленькие шалости, особенно во время учебы. Ну, да нет смысла присматриваться к далекому прошлому. Могу поздравить любовь у тебя одна, на всю жизнь. Но не шибко радуйся, шершавая она, не ровная. Она принесет и неземное счастье, и мучительную боль. Но не ослабнет, не отпустит никого из вас. Да уж, вцепились вы друг в друга знатно. Впервые такое вижу. Ну да перейдем к самому интересному. У тебя на редкость чистая кровь. Сильная, закаленная и благородная. Не разбавленная кровь линейца. Ты – чистокровный северянин. Можешь с любым дворянским родом в этом поспорить и, несомненно, выиграешь. Ведь у нас даже королевичи с восточной кровью. Как жаль терять такую чистую кровь, но теперь это только вопрос времени. Главный перекресток судьбы ты уже прошел. Знатное было перепутье и тебе нужно было выбрать за кем пойти: за отцом, принцем или волком. У каждого направления свои достоинства и недостатки. Нет смысла говорить о том, что могло бы быть, ведь дорогу ты уже избрал. Ты последовали за черным волком. Он принес тебе силу, богатство, любовь. Но ничего не дается даром. Волки жадны.
– И что это значит? – лицо Винсента не выражало ни единой эмоции.
– Все из-за крови. Волк чует хорошую кровь, она его манит. Он жаждет здорового сильного потомства. И новая кровь должна влиться в их жилы. В конце концов, он это получит.
– Этого не может быть, – отрезал дворянин.
– А никто и не говорил, что кровь смешается в этом поколении, как ты заметил это пока невозможно, – ехидно продолжила гадалка. – Лучше вспомни мои слова о шероховатости вашей любви. В тебе видна граница между зверем и человеком, но у него такой границы нет. Человек и волк в нем слиты воедино, он был таким рожден. И однажды инстинкт возьмет вверх. А уж его отпрыски своего не упустят. Такова цена за сделанный тобой выбор. Ты будешь съеден милок.
– Значит, вы хотите сказать, что у меня будут дети.
– Лишь одна, девочка, – улыбнулась женщина. – Русоволосая и голубоглазая, совсем как ты.
– Похоже, вас подводит зрение, ведь я зеленоглазый брюнет, – с интересом заметил Винсент.
– Но мы, то знаем, что при рождении ты был другим. А то, что дал тебе волк не передается по наследству.
Винсент на какое-то время задумался, и в комнате воцарилась тишина, пока не скрипнула дверь.
– Ага, попался, – весело воскликнул Лео. – Я всегда знал, что за этой горой скептицизма скрывается тот еще мистик. Хотя, признаюсь, это одно из последних мест, где я ожидал тебя обнаружить. Даже бордель в этом списке стоит выше. Значит, решил узнать свою судьбу? Что нагадали? Что-то хорошее?
– Нет, – отрезал Винсент. – Там затесалось одно болтливое чудовище.
– Да, да, да. Уже неоригинально, – отмахнулся южанин. – Эй, дамочка, а мне не погадаете?
– Не-а, – зевнула гадалка.
– Это еще почему? – обиженно воскликнул Лео.
– Ты мне не интересен, – тут же был ошарашен ответом оборотень.
– Вообще-то это ваше работа. С таким подходом вы даже на корку хлеба себе не заработаете, – ядовито ответил он.
– Не волчонку, с едва прорезавшимися зубками меня поучать. Фи. Тоже мне. Волк без стаи просто жалок. А ты только начинаешь набирать силу. Тебе еще расти, и расти, волчья морда.
– Да что ты понимаешь… – начал возмущаться Лео, но был прерван, решившимся вмешаться в спор Винсентом.
– Мы, пожалуй, пойдем, – бросил Ретэ женщине, кладя перед ней на стол золотые монеты. – Было любопытно вести с вами беседу, – закончил он и вытащил за собой возмущенного мага.
– Вот ведь старая карга, – рыкнул Лео. – Что она понимает! Посмотрел бы я на нее, если бы…
– Не бесись, – вздохнул Винсент, потирая переносицу. – Лучше расскажи то, что знаешь о прорицателях и то, что ты думаешь о способностях той женщины.
– Хочешь знать аферистка она или нет? Что ж точного ответа я дать не могу. Прорицатели не являются магами, и вычислить наличие такой способности у человека можно только при помощи наглядной демонстрации. Если говорить обобщенно, то провидцев можно подразделить на две категории. Высшая – оракулы. Это незаурядные личности способные прозревать нити судьбы в колоссальных масштабах. Можно с уверенностью сказать, что старуха в их число явно не входит.
– Потому, что это единицы, которых давно расхватали сильные мира сего. С этими все ясно, а что насчет вторых?
– А вот со вторыми беда. Их способности проявляются неоднородно скачками. Они видят лишь неожиданно приходящие обрывки, и не могут контролировать свой дар. Так что отличить их от шарлатанов весьма сложно, учитывая к тому же что большая их часть, сама любит надувать публику. Так что чисто теоретически у той бабки могут иметься какие-то способности, но в основном она дурит легковерных простолюдинов. Так что верить ли ей – решать тебе. Кстати, как ты там вообще оказался?
– Она сама подошла.
– Вот как. Ну и что она тебе сказала?
– Нечто над чем стоит задуматься. Скажи, насколько тобой могут управлять волчьи инстинкты?
– К чему этот вопрос? – удивился Лео. – Но если хочешь знать, я никогда не проводил грани, это ведь только все усложнит и нарушит цельность моей личности. Знаешь, так можно заработать раздвоение. Тем более, людьми тоже управляют инстинкты.
– Но ведь различие между мироощущением людей и оборотней колоссально. Как насчет стремления к созданию стаи?
– Люди тоже создают свой круг общения. Не вижу принципиального различия. Более того не все оборотни создают стаи, некоторые предпочитают жить обособленно. И далеко не всегда на это влияет животная сущность оборотня.
– А как насчет тебя? Волки, как правило, живут стаями.
– Не стану отрицать, что мне вот совсем этого не хочется, но все же я не стану впускать в свой круг первых встречных. Да и даже в лучшие времена наш род никогда не хвастался большой семьей. Но все же… – маг замолчал на несколько секунд, но вскоре переменившимся тоном весело воскликнул. – Кстати волки моногамны.
– О, кажется, я начинаю понимать, как много в тебе чисто человеческого, – усмехнулся Винсент.
– Был бы рад за твое внезапное осознание, не будь в нем скрытой насмешки. Ты кстати так и не ответил, что тебе нагадала бабка.
– Да так, потом расскажу. Представление скоро начнется, ты же не забыл, что мы сюда по делу пришли.
– Вот значит как, – Лео подозрительно взглянул на дворянина. – Ну, пойдем. А правду я у тебя потом выпытаю, медленно и мучительно. Уже весь в предвкушении.
Они зашли внутрь помещения и заняли свои места. Все это время неугомонный оборотень тихо нашептывал, как именно он будет дознаваться до истины, от чего бедный дворянин едва не покраснел. К радости Ретэ начавшийся спектакль отвлек сольца от его скромной персоны.
Потянулся ряд артистов. Выступления в большинстве не представляли собой нечто выдающегося, но этого вполне хватало, чтобы впечатлить обыкновенных людей. Более того трюки некоторых акробатов вызывали восхищение. Лео только усмехался и не уставал повторять, что им двоим не составит труда повторить весь местный репертуар.
И тут появилась она. Мягкие черты лица, чуть вздернутый нос, светло-коричневые глаза, чуть уже, чем у линейцев и сольцев, что выдавало иностранное происхождение. Золотистые струящиеся прямые волосы, украшенные диадемой из темного металла. Стройная, примерно такого же роста, как и Лео, одетая в широкие штаны, которые не только не сковывали движений, но и подчеркивали достоинства девушки. Кофта с открытыми плечами, расшитая на восточный манер, распахивалась к низу, обнажая плоский живот. Легко и грациозно девушка взобралась по канату.
Лео рефлекторно поддался вперед.
– Она, – улыбнулся он.
– Она из Агрума, – заметил Винсент. – Из восточных кочевников.
– Да, похоже на то, – ответил Лео, не отрываясь, следя за изгибающейся в воздухе девушкой. – Взгляни на ее. Кошка. Она умело использует свое проклятие.
– Нам стоит опасаться?
– Нет, нас двое, мы сильнее. Но если загнать ее в угол – отбиваться будет яростно.
– И каков план? – Винсент внимательно взглянул на мага, который так и не отвел глаз от сцены. – Мы не можем развязать драку здесь, пострадают люди, у нас будут проблемы. Эй, ты меня слышишь.
– Да, – глаза оборотня сверкнули. – Хочу, – прочитал по едва шевельнувшимся губам южанина Винсент, что ему весьма не понравилось.
В этот момент в девушке произошла едва заметная перемена. В ее действиях промелькнула поспешность, и создалось ощущение, что номер закончился задолго до отпущенного ему времени. Как только девушка скрылась за кулисами, Лео вскочил на ноги.
– Пойдем, нужно спешить, – бросил он.
– Она знает, не так ли? Ты же сказал, что скроешь нас, – возмутился Винсент.
– Да, но это не самая совершенная магия. Я и не рассчитывал на слишком многое.
– Хорошо, но ты так и не ответил на мой вопрос.
– Я не хочу драки. Пока не хочу. Это весьма расточительно. Для начала поговорим.
– А она станет слушать?
– По крайней мере это в ее интересах.
Солец выскользнул из зала и уверенно проскочил в служебные помещения. Винсент шел за ним, не отставая. Встретив человека из труппы, южанин тут же подскочил к нему и начал ему что-то шептать. Послушав его, мужчина кивнул и подозвал девочку. В это время Лео вернулся к Винсенту.
– Что ты ему сказал? – спросил Ретэ, наблюдая, как девчонка побежала дальше по коридору.
– Сказал, что мы от Рея и нам надо поговорить с его пассией, – обворожительно улыбнулся Лео.
– Значит, ты все же добрался до документов Анри.
– Так и знал, что этот гад не показал это досье только мне. Как я и думал, ты читал небольшое жизнеописание своего незадавшегося убийцы.
– Да, читал. И это я просил Анри не упоминать об этом при тебе.
– Только зря время тратили, – усмехнулся Лео. – Бесполезно от меня что-либо скрывать.
– Хорошо. А как насчет твоих действий. Почему тебе резко захотелось побеседовать за чашкой чая с убийцей, – в глазах Винсент промелькнуло сдерживаемое раздражение. – Помнится, несколько часов назад ты хотел ликвидировать проблему.
– Я передумал.
Винсент хотел ответить, но в это время в поле зрения появился главный объект их беседы. Девушка была в том же наряде, только сверху был накинут короткий плащ. Сохранив небольшую дистанцию, она остановилась перед оборотнями.
– Мы не знакомы, но, полагаю, нам уже приходилось сталкиваться, – произнесла она.
– Да, нет смысла отрицать, – ответил Лео. – Помню, в день нашей встречи на небосводе сияла прекрасная луна. Однако, нам стоит переместиться в более уединенное место
– Где ничто не помешает расправиться со мной? – вскинула бровь девушка.
– Ну, это мы всегда успеем, – улыбнулся маг. – Как на счет для начала просто поговорить.
– А смысл? Чтобы я не сказала, все в итоге приведет к одному: либо вы, либо я. А я ведь надеялась уйти по-хорошему.
– Пытаясь напасть на члена моей семьи? – заметил Тенобрис. – Милая моя я делаю тебе невероятное предложение просто поговорить, ведь обычно в таких случаях я не церемонюсь. Это, не говоря уже о том, что ты проклятый зверь. Более того я не спешил бы с выводами, наша встреча может стать счастливой для тебя.
– Так же как и для Рея? Что с ним сталось?
– Убит. Как видишь, я честен. Он напал на нас, что было довольно опрометчиво.
– Хорошо, поговорим. В моей каморке, – глаза девушки налились золотом. – Но смею заметить, что вам так же опасно устраивать здесь переполох, как и мне.
– Я надеюсь, мы сумеем договориться, – оскалился Лео.

***

– Я родилась в обширных степях Агрума. Мой отец был владельцем небольшого табуна лошадей, славившихся своей силой и выносливостью, хоть и уступавших в быстроходности знаменитой агрумской породе. У меня было четверо братьев, и мы все с самого раннего детства проводили большую часть времени, проносясь на отцовских скакунах по выжженным солнцем лугам нашей родины. Я ни в чем не уступала своим братьям, и наша матушка иногда шутливо говорила, что судьба наделила ее пятью сыновьями, а не четырьмя. Наша мать по происхождению была гордой северянкой, дочерью линейского торговца, когда-то часто появлявшегося в Агруме и ведшего дела еще с нашим дедом. Именно от нее я унаследовала пронзительные светло-серые глаза, так часто привлекавшие ко мне внимание.
Как я уже говорила, большую часть времени я проводила со своими братьями. Иногда мы играли с другими мальчишками, но те меня слегка побаивались. Признаться, я была несколько вспыльчива, а рука у меня была тяжелая. В итоге так получилась, что подруга у меня была только одна. Это была странная дружба. Мы были совершенно разные: она была такой хрупкой милой мечтательницей, что мне все время хотелось ее защищать. Прошли годы, мы выросли, но эта дружба сохранилась. Я стала боле холодной. Лишь в кругу семьи и ее я словно оттаивала.
И вот однажды она влюбилась. Именно с этого момента начались мои беды. Ее выбор заставлял меня удивляться: грубый хамоватый парень, про которого ходили слухи, что он вертится в разбойничьем кругу. Но тогда я не придала этой влюбленности значения. В это время мы с отцом ушли перегонять табун и отсутствовали пару месяцев. А когда я вернулась, мне буквально пришлось вытаскивать лучшую подругу из петли. Этот шакал воспользовался случаем в своих грязных целях.
Знаете, еще до нашей встречи я слышала о негласном оборотническом правиле: тот, кто напал на члена семьи – напал на всю стаю. В этом плане у меня точно такой же ход мыслей, за дорогих мне людей я готова порвать любого. Так случилось и в тот раз. Забавно, но я не шла с конкретной целью убивать, но сейчас-то я понимаю – другого исхода просто быть не могло. Он думал, что я легкая жертва, но встретил истинного хищника.
Можно сказать, что в конечном итоге мне все бы сошло с рук. Но всегда есть это ужасное но. Его мать была ведьмой. Я так отчетливо помню. Стоял яркий солнечный день. Моя подруга начала приходить в себя. Один из моих несносных братьев увязался за ними. И казалась, что все произошедшее было лишь мрачным кошмаром. Пока на горизонте не появилась тень. Никто не успел ничего понять, колдуны действуют быстро. Еще пару минут назад на моей душе было светло и вот я овеяна дымкой проклятия. Она смеялась. «Каждое полнолуние твоя истинная сущность будет выходить на свободу. Друг, враг, член семьи иль незнакомец – все будут равны, никому не скрыться от твоих острых клыков» – кричала она. Вокруг столпились люди. Они поняли, что это значит. Мне более не было места среди людей.
Меня защитила семья. Они оградили меня от толпы объятой страхом и опасениями. Признаться до первого полнолуние у нас всех еще сохранялась крошечная надежда, что все обойдется. Но, тем не менее, все меры предосторожности были предприняты. Моя подруга была из семьи кузнецов и по ее просьбе они выковали прочные цепи, в которые потом меня заковали перед восходом полной луны. В этот день последние надежды рухнули. Наутро я обнаружила, что мои каштановые волосы приняли цвет золота, а заглянув в зеркало, я увидела светло-коричневые глаза. Проклятие свершилось.
Теперь я не могла оставаться со своей семьей. Нет, меня никто не гнал, они готовы были защищать меня до последнего, но я не хотела накликать на них беды. Мой уход опечалит их, но тем самым я спасала их от большего зла. Я хотела тайно покинуть их, но моя подруга быстро разгадала ход моих мыслей. Кто бы мог подумать, что эта хрупкая девчонка категорично поставит меня перед фактом: она идет со мной и точка. Все мои уговоры и просьбы прошли в пустую. И в одну темную ночь отцовский черногривый конь унес нас из родных краев.
Несколько лет мы путешествовали по стране. Наверно это кажется невероятно, но долгое время моей хрупкой подруге удавалась сдерживать меня. Цепи ее отца мы естественно прихватили с собой. Но не стану врать, пару раз мне удавалось вырваться, и я убивала невинных. Моей подруге просто чудом удавалось уйти от моих острых когтей и клыков. Как ни странно, но это путешествие заметно пошло ей на пользу. Она стала более уверенной в себе, а мрачное пятно из прошлого рассеялось. И еще она научилась быстро бегать, как иногда смеялась она. Хотя я в этом ничего смешного не находила. Вскоре мы перевалили через границу, отделяющую прерии Агрума от лесистых холмов Линеи. Мы шли через глухие дикие места. Казалось двум молодым девушкам очень опасно вот так путешествовать, но если я раньше могла за себя постоять, то теперь и подавно. Я из-за всех сил старалась хоть что-то выгадать от наложенного на меня проклятия. А моя подруга тем временем научилась довольно мастерски стрелять из лука.
Через какое-то время мы добрались до города. Здесь жил мой дед по материнской линии, и судьба услужливо столкнула нас. Он не часто навещал свою дочь и внуков, но все же узнал меня. К тому же было похоже, что матушка уже известила его о случившейся беде. Так я надолго застряла в этом городе. За проведенное здесь время была сыгранна свадьба. Один из моих двоюродных братьев влюбился в мою подругу и долго и нежно ухаживал за ней, пока она не ответила на его чувства взаимностью. Я была счастлива за нее. Убедившись, что в ее жизни наступила светлая полоса, я покинула гостеприимный дом.
Много лет я скиталась без какой-либо цели. Также, как и раньше, мне далеко не всегда удавалось сдерживать зверя внутри себя. И мне все время казалось, что он растет и набирает силы. После одного кровавого полнолуния мне все время чудился запах крови. Человек и зверь отчаянно боролись друг с другом. А потом я встретила Рея. Он не испугался меня, нет, в его глазах вспыхнул жгучий интерес. Все же, по моему мнению, все маги немного ненормальные. Ведь какого здорового человека может привлекать опасная колдовская тварь. Но как ни странно, этот человек примирил меня с моей судьбой. Он не мог снять с меня проклятия, но вместо этого он сделал нечто иное. «Твое проклятие не обязательно должно служить ко злу. Сейчас оно не имеет направления: ты убиваешь любого, кто встретится тебе, но это можно изменить. Ты должна убивать, лишь это успокоит зверя внутри тебя. Но почему это должны быть невиновные люди? Почему бы ни убивать тех мерзавцев, которые сами попрали человеческую жизнь. Я сделаю так, что лишь они станут твоей целью. Ты станешь тем полезным хищником, который истребляет больных овец» – таковы были его слова. И они изменили меня, примерили со своей участью.
Так получилось, что Рею не хватало сил, чтобы наложить свое заклинание на меня на постоянной основе, поэтому чары приходилось периодически обновлять. Таким образом, мы стали путешествовать вместе. Рей любил меня, мои же чувства к нему никогда не выходили за рамки товарищеских. Впрочем, у меня складывалось ощущения, что ему в больше мере привлекала именно моя животная сущность. Рей был заклинателем, именно этой магией он всегда предпочитал пользоваться. Он всегда носил с собой драгоценный камешек, в котором был заключен дух. С момента нашего знакомства его дух стал принимать львиный облик, и он всегда говорил, что тем самым проявляется его любовь ко мне. Наши отношения были похожи на негласный договор: я давала ему подобие любви, которой он жаждал, он давал свободу моему зверю. И мы оба понимали это.
Так мы бродили вдвоем, пока не прибились к бродячему цирку. Их жизнь как нельзя лучше подходила к нам и была по нутру. Ну а остальное вы знаете.
– Почему Рей скопировал твой почерк? – спросил Винсент. – Ему ничего не стоило расправиться со свидетелями иным способом и тем самым избавиться и от оборотней на хвосте.
– Я его об этом попросила. Я не хотела, чтобы из-за моих деяний страдал невиновный. Но судьба жестока. Сохранив вам жизнь, я тем самым обрекла на смерть единственного оставшегося у меня друга. Но я ни о чем не жалею в своей жизни. И если бы я могла отмотать время назад, я поступила бы точно также. Что ж, теперь вы знаете все. Моя исповедь закончена. Не думаю, что нам удастся решить вопрос миром: вы не можете отпустить меня на волю, и я понимаю почему, а я же в свою очередь тоже не могу просто сбежать, ведь каким-никаким Рей был моим другом и я должна постоять за его память. Хватит бегать. Найдем тихое место и закончим со всем этим. Я знаю, что у меня нет шансов, но предупреждаю, драться буду до последнего вздоха.
– Ну-ну, сбавь обороты. Мы еще не закончили разговор, – возразил Лео. – Я хочу предложить другое решение нашей проблемы.
– А оно есть? – горько усмехнулась девушка. – Не заговаривай мне зубы солец.
– Лео. Меня зовут Лео. А его, кстати, зовут Винсент. Ну, так вот решение есть. Хочу заметить, что я не только оборотень, но и маг.
– И что, Лео? Хочешь занять место Рея? – фыркнула проклятая. – Нет, спасибо. Такое выход меня не утраивает.
– Не одну тебя, – насупился Винсент.
– Тихо-тихо. Какие здесь все агрессивные, – взмахнул руками Лео. – Я и не помышлял об этом. Ты не думала, что твое проклятие можно снять?
На мгновение воцарилась тишина.
– Это возможно? – вполголоса спросила девушка.
– Да, – ответил Тенобрис. – Почти любое проклятие можно снять. Нет, конечно, есть небольшая категория, у которой практически нереальные условия снятия, но твое к ним не относится. Более того существуют даже несколько способов. Мне доступны два. Но мы естественно пойдем самым простым. Твое проклятие можно снять одним снадобьем. На твое счастье, благодарю одному моему знакомому, с кем бы я более не хотел встречаться, мне известен его рецепт. Он сложен, ингредиенты редки, но создать его в моих силах. Так что я могу помочь тебе.
– Зачем тебе это? – настороженно спросила девушка.
– Просто так. Ты не веришь в мою бескорыстность? – сделал слегка обиженную интонацию Лео.
– Нет, – почти хором ответили Винсент и девушка.
– Солец никогда ничего не делает просто так, – добавила блондинка.
– У тебя предвзятое мнение, – фыркнул Лео. – Меня тронула твоя история, и я, по доброте душевной, хочу помочь тебе. Тебе решать – верить мне или нет. Но помни, что мы не отпустим на волю носителя Имодератты.
– Проще говоря, выбора особого у меня нет, – заметила девушка.
– Что верно – то верно, – развеселился оборотень. – Ну и как же тебя зовут, дитя степей?
– Лина, – со вздохом ответила девушка. – И возможно сейчас я делаю глупейшую ошибку в своей жизни, веря словам сольца.